Primero86
"Уныние - великий грех"



Часть 14

«Стану тобою, ты станешь мною…»
(Ария)



Когда Дерек выставил Стайлза за дверь, внутри у парня – там, где сердце, что-то натянулось и запульсировало острой болью. Ему казалось, что все его существо съежилось, словно облезлый мокрый котенок – жалкий, озябший и одинокий.
Лес вокруг был темным, но не таил опасности, ведь все хищники разбежались по домам. Неверный лунный свет оттенял красоту ночи, но Стайлз не замечал этого – он смотрел на мир сквозь пелену слез, последним усилием стараясь их сдержать. Боль все сильнее впивалась в его сердце ядовитыми клыками.
Внезапно озябшее тело скрутила резкая судорога – словно он в одно мгновение лишился костей, и Стайлз упал, распластавшись на земле. Боль в содранных коленях стала последней каплей, и хриплые рыдания стали рвать горло парня. Он не хотел, видит Бог, не хотел плакать, но ничего не мог с собой поделать. С каждой слезой, с каждым всхлипом, с каждым воскрешенным в памяти обидным словом его душа корчилась в агонии – темное пламя пожирало ее, и не было от него спасения. И когда горло сжали стальные клыки, так, что он не в силах был сделать ни единого вдоха, Стайлз позвал. И ему ответили.
Юноша не вслушивался в слова – главное, что этот некто, его невидимый спаситель – пообещал, что боли больше не будет. И Стайлз согласился, сам не зная на что, только бы это темное пламя оставило его истерзанную душу в покое.
Внезапно откуда-то с востока подул легкий ветер, неся в себе ароматы степных трав и морскую горечь. Он вдохнул его – легко и свободно, выпутываясь из оков такого неудобного и слабого тела. Было ощущение, что за спиной его раскрылась черными призрачными крыльями ночь. Зрение изменилось, давая возможность рассмотреть каждую травинку в самом дальнем уголке земли, если на то случится его воля, каждый лист в кроне тропического дерева и на любом чахлом полярном деревце, каждую из ярких, манящих своей недоступной красотой, звезд. Чуть сосредоточившись, он мог услышать пение лесных пичуг и голодный торжествующий лающий смех гиен, бешеный рев водопада и величественный и яростный вой ураганного ветра, различить мерный рокот океанских волн и далекую песню китов.
Все в этом мире стало близко ему и понятно. Он увидел закономерности, связывающие живой мир в единое целое, и понял их суть.
Застыв в изумлении, он не сразу понял, что вновь вернулся в свое тело, но боль, терзавшая его еще некоторое время назад, ушла. О ней не осталось и тени воспоминания.
А потом он увидел алый рассвет, и пришло понимание, что он, оказывается, просидел в лесу без малого целую ночь.
Легко поднявшись, он отправился в сторону дороги. Было странное ощущение, словно бы его тело больше не принадлежит ему – оно ощущалось будто омертвевшая кожа – скупо и до безумия мало.
Утреннего холода он не чувствовал, хоть и был обнажен до пояса, и ветерок, словно домашний кот ласкал его кожу, выпрашивая ответное прикосновение. Легонько поведя плечами, он рассмеялся – и ветер, лизнув ему напоследок лицо, полетел дальше, все набирая силу.
Каждый шаг давался ему легко, и ярко-оранжевое солнце, умытое водами Великого Океана, подмигивало ему с высоты.
До дома он дошел быстро. На пороге его встретил светловолосый мужчина. Не мог вспомнить его имя сразу – слишком многое крутилось у него в мыслях, но ощущал с ним сродство. Оно больше всего напоминало прогретую солнцем волну.
- Стайлз Стилински! Позволь узнать, где тебя всю ночь носили черти?! И почему ты не отвечал на звонки?! А в каком ты виде?! Произошло что-то, о чем мне стоит знать? Что молчишь, ребенок? может, расскажешь своему отцу, что произошло?
- Все в порядке, пап, - слова легко сорвались с губ. – Телефон просто не беззвучку поставил, а где был… Гулял. Целую ночь прошлялся по лесу.
- По лесу? Один? Ребенок, ты случайно не заболел? – мужчина приложил ладонь к его лбу. – Вроде, не горячий. И заходи уже в дом, чего встал на пороге?
- Он вернулся? – раздался знакомый женский голос в глубине дома. – Стайлз! Господи, что с тобой произошло?!
- Здравствуйте, Мелисса, - улыбнулся юноша. – Не беспокойтесь, со мной все в порядке. Я просто гулял.
- Полуголым? – скептически хмыкнула женщина.
- Да не беспокойтесь вы, я в полном порядке – даже не простудился, - улыбнулся он. – Мне жарко стало.
- Стайлз, какое может быть жарко в декабре месяце?
- Знаешь, пап, когда в жизни нужно начать новый этап, девушкам психологи советуют сменить прическу, - юноша продолжает улыбаться. – Но у меня и так волосы короткие, поэтому новый этап своей жизни я решил начать прогулкой по лесу. Так сказать, приобщиться к природе.
- И как? Начал? – полусерьезно поинтересовался Джон.
- Ты не поверишь, но – да, начал. И прекрасно себя чувствую.
- Это из-за той девушки, к которой ты на свидания бегал? – усмехнулся в ответ отец.
- Ты знаешь?
- Я шериф, ребенок, разумеется, я знаю. И как? Ты с ней расстался, да?
- Ты прав, - кивнул он. – Нам оказалось не по пути. Но я в порядке, правда.
- Я надеюсь, - проворчал тот. – Я беспокоился.
- Прости, - покаянно произнес юноша, а затем спросил. – Ты поэтому позвонил маме Скотта?
- Я… Стайлз, понимаешь, - начал было отец.
- Я понимаю, - улыбнулся он в ответ. – Вам ничего не нужно мне объяснять. Это началось после тех самых событий?
- Ты удивительный ребенок, сын, - с чувством проговорил Джон, но затем сдвинул брови в приступе притворного гнева. – А теперь – живо наверх!
- Так точно, сэр! – он шутливо вытянулся, отдавая честь. – есть идти наверх!
Джон Стилински и Мелисса МакКолл улыбались, глядя в след Стайлзу. Они, конечно. Не думали, что он проявит такое понимание к их ситуации, ведь, не смотря ни на что, он был обычным подростком. Но Стайлз удивил их, не выразив ни словом, ни жестом своего недовольства, словно и не было его вовсе. Им лишь было жаль, что с девочкой своей он расстался, но это ничего – молодость, самое время для экспериментов.

@темы: фанфики, стерек, слэш, нестандартный пейринг, мистика, миди, джен, гет, Проклятие, Teen Wolf