Primero86
"Уныние - великий грех"



5. Битва, или чем готовы пожертвовать





Утро выдалось пасмурным и дождливым, тяжелые тучи повисли над миром темной пеленой — казалось, природа оплакивала своих неразумных детей, решившихся на убийство себе подобных.

Прошедшая ночь не прошла спокойно ни для кого — каждый знал, что сегодня будет битва, в которой погибнут их близкие.

Да именно так — близкие люди. Осознание неизбежности происходящего сблизило и сроднило защитников, знавших, что этот день станет, возможно, последним в их жизни.




* * *



В Большом Зале стояла тишина, несмотря на то, что там собрались все те, кто решил сражаться. Во главе преподавательского стола сидел директор, который был мрачнее обычного, рядом с ним расположились преподаватели и орденцы. За факультетскими столами расположились студенты, включая Гермиону, Гарри и даже Драко, которого только час назад выпустили из больничного крыла.

Утром Снейп навестил своего бывшего студента и в общих чертах обрисовал ситуацию. Выслушав директора, юный Малфой решил, что тоже будет принимать участие в битве. Взглянув в лицо молодого человека, Северус не стал его отговаривать — Драко принял решение и готов был следовать ему до конца.

Снейп решил, что Малфой присоединится к группе, отгоняющей дементоров, потому как тот вполне сносно мог вызывать патронуса.

Студенты переглядывались молча — никто не хотел нарушать тревожную тишину — даже присутствие слизеринца за гриффиндорским столом восприняли как нечто само собой разумеющееся.

Сириус заметил, что его крестник как-то странно посматривает то на подругу, то на Симуса. И когда через несколько минут в Большом зале раздались первые аккорды популярной детской песенки, все понял — Ри, будучи в своем репертуаре, решил разрядить обстановку.

Музыка подействовала живительным бальзамом — тревожно-затравленное выражение, превращавшее лица людей в их посмертные маски, стало уступать место некоему подобию спокойствия.

Поднявшись с места, Северус вышел вперед и заговорил:

— Приветствую все собравшихся, — взгляд директора привычно охватил весь зал, — все знают, что сегодня состоится решающая битва с Волдемортом и его последователями, поэтому, после завтрака каждый должен заняться подготовкой. Те заклинания, которые вы отрабатывали с профессорами, следует повторить — если считаете, что в решающий момент не сможете их вспомнить, предлагаю написать шпаргалки — этому вас учить не надо. В полдень состоится общее собрание, на котором мы обсудим работу и взаимодействие групп. Также мистер Блэк покажет вам, как пользоваться портативными магловскими средствами коммуникации, с помощью которых мы будем координировать наши действия. Это вынужденная мера — ведь практически никто из вас не владеет легилименцией. На данный момент — у меня больше нет сообщений. Можете приступать к завтраку.

Сегодня школьные домовики просто превзошли себя — видимо, им очень хотелось порадовать напоследок как детей, так и взрослых.




* * *



На выходе из Большого зала Гермиону нагнал Драко.

— Эй, Грейнджер! — крикнул парень. — Подожди.

Девушка обернулась на оклик и остановилась.

— Слушаю тебя, — коротко бросила она. — Говори быстрее, меня вызывает директор.

Если эта фраза и удивила Малфоя, то вида он не подал — он хотел задать несколько вопросов Поттеру, но не успел перехватить его при выходе из Зала.

— Мне нужно поговорить с Поттером, — если Драко готовился долго объяснять причину такой необходимости и уговаривать гриффиндорку помочь, то он ошибся.

— Хорошо, идем.

Девушка резко развернулась и направилась в сторону кабинета директора. Не ожидавший согласия, Малфой немного замешкался, а потом в припрыжку поспешил за девушкой.




* * *



— Мио, — раздался голос, который Драко не мог спутать ни с чьим другим, — хорошо, что успела, а то бы пришлось…

Брюнет прервал фразу, увидев, что подруга пришла не одна.

— Привет, Драко, — обратился к нему Гарри, — тебе что-то нужно?

Войдя в кабинет, младший Малфой заметил довольно-таки странную компанию: профессора Снейпа, Сириуса Блэка, Поттера, Кингсли и Люпина. «Интересно, для чего они все здесь собрались, а?», — подумал молодой человек, проходя внутрь.

— В общем, — растерялся блондин, — я хотел спросить, по палочку, волшебную…

— Мордред! — выругался Северус. — Я совсем забыл про твою проблему, — а затем обратился к Поттеру. — Гарри, в Сокровищнице остались еще волшебные палочки?

— Остались, — кивнул зеленоглазый брюнет, — по-моему, еще штук пять, а что случилось?

— Драко прибыл без палочки, — пояснил Снейп, — она осталась в поместье.

— Хм… да, в общем-то, не вопрос, — пожал плечами Избранный, — мы все равно вниз направляемся — пойдет с нами и выберет оружие по руке.

Остальные собравшиеся против не были, поэтому просто пожали плечами и нестройной толпой направились к входу в Тайную Комнату.




* * *



Не было предела удивлению юного Малфоя, который только сейчас осознал, что вместе с остальными спускается в легендарную Тайную Комнату самого Салазара Слизерина, основателя факультета, на котором он имел удовольствие учиться. Остальные уже успели несколько притерпеться к мысли о том, что Слизерин не был маньяком-садистом, легенды не всегда правдивы, а Тайная Комната теперь не так страшна и ужасна.

Спустившись вниз, Ри переглянулся с Гермионой и отправился в Сокровищницу — за крестражами, спрятанными там, и оставшимися волшебными палочками.

Драко внимательно следил за своим бывшим врагом номер один — он не мог поверить, что человек, стоящий сейчас перед ним — Гарри Поттер. Этот человек по-другому ходит, по-другому говорит, по-другому смотрит — это вообще, другой человек. «И что, Поттер всегда таким был?» — задавался вопросом блондин, и не находил ответа.

Из раздумий Малфоя вывел голос Гарри:

— Эй, Драко! Очнись! — раздался его насмешливый голос. — Пора обзаводиться оружием.

С этими словами брюнет протянул ему пять футляров с волшебными палочками работы Слизерина.

Разглядывая их, Малфой решил поинтересоваться:

— Эм-м-м, Поттер, — протянул блондин, — я видел у отца похожую…

— Ага, — охотно ответил Ри. — Я отдал ему в тот день, когда нас привели в ваше поместье.

— Ты отдал отцу свою палочку?

— Не совсем, — Гарри отвернулся и раскладывал на столе крестражи, — она была моей второй палочкой.

— А-а-а, — аристократ оказался понятливым. — А у кого еще такие… красавицы?

— Ну, одна у меня, у Сириуса, профессора Снейпа, Мио, и у твоего отца, — а потом махнул в сторону футляров и нетерпеливо бросил. — Выбирай уже, а то времени у нас и так не много, а дел еще о-го-го.

Драко раскрыл первый футляр, лежащий ближе всех к нему, и прочел тесненную надпись: «ель, жало скорпиона, серебро, фианиты, аквамарины и адуляры». Взяв в руку волшебную палочку, молодой человек слегка ей взмахнул, но никакой реакции не добился. На втором футляре было написано: «клен, перо феникса, золото, нефрит и рыжий авантюрин» — может быть, эта подойдет? Нет, тоже не подошла — после легкого взмаха со стола слетело все, что на нем стояло. С опаской взяв третий футляр, Малфой прочитал: «осина, перо мэйастрэ, белое золото, сапфиры и гранаты». Надеясь, что третий раз — алмаз, Драко вынул изящную палочку и, ощутив легкое покалывание, взмахнул ей — молодого человека накрыло теплой волной магии. Это была ОНА — его волшебная палочка. Он, наконец-то нашел ее. Тепло, и как-то беззащитно улыбнувшись, юный Малфой аккуратно и нежно провел пальцами вдоль этого произведения искусства — она его выбрала, и это было изумительное ощущение.

— Ну как, выбрал? — поинтересовался, незаметно подошедший Сириус.

— А? — поднял глаза юноша. — А, да, выбрал.

— Поздравляю, — кивнул Блэк. — А теперь поднимайся наверх, здесь сейчас кое-что произойдет.

— Что? — полюбопытствовал блондин. — Может, я смогу помочь?

— Не думаю, — показал головой Бродяга. — Ты ведь в группе тех, кто дементоров отгонять будет?

— Да, — удрученно кивнул Малфой.

— Вот иди и подготовься — выбери удобную одежду, такую, чтоб не отвлекала во время боя, если ничего нет, то трансфигурируй эту, — а затем добавил. — И вообще, потренируйся с новой палочкой.

Драко ничего не оставалось, как кивнуть и направиться к выходу — очень уж было интересно, чем они здесь будут заниматься.

Не без труда преодолев неуместное любопытство, молодой человек вышел из Тайной Комнаты и направился к выходу из замка — очень уж хотел попробовать новую палочку в деле.




* * *



— Ну что, приступаем? — заговорила Мио, когда Драко вышел.

С этими словами девушка нанесла себе рану на бедре и вытащила оттуда видоизмененный меч. Произнеся отменяющее заклинание, Гермиона передала его Гарри.

— Послушай, — начал Ремус, — может быть, это сделает кто-то из нас?

— Нет, Рем, — покачал головой юноша, не отрывая глаз от лезвия, по которому пробегали синие блики. — Я сам — слишком уж долго я ждал этого момента.

Разложив крестражи на каменном возвышении, Северус отошел на несколько шагов назад. На камне, сверкая и переливаясь, лежали творения ушедшей эпохи. Это был еще один пункт к списку претензий, которые следовало бы предъявить Волдеморту — посмевшему извратить суть столь прекрасных вещей.

Никто точно не представлял, что должно произойти после того, как сразу три осколка души темного волшебника будут уничтожены, именно поэтому и пришли сюда вместе.

Расположившись полукругом, Сириус, Кингсли, Ремус, Гермиона и Северус взяли наизготовку свои волшебные палочки и принялись ждать.

Крутанув в руке меч Гриффиндора, Ри со змеящейся на губах усмешкой, подошел к возвышению и, вознеся над головой меч, ударил по диадеме, разрубив ее на части. По Тайной Комнате пронесся утробный рев, полный боли и горечи, а затем появился темный вихрь, очень напоминающий облик Волдеморта. Побесновавшись по помещению, он утих так же неожиданно, как и возник, не причинив никому вреда.

За диадемой последовал медальон; последней же была уничтожена чаша. Уничтожение каждого крестража сопровождалось подобным явлением — и теперь уже ни у кого не осталось сомнений, что Волдеморт знает об уничтожении осколков своей души.




* * *



Метка ожила неожиданно — на часах было около десяти утра. Началось! Поминая Мордреда, Мерлина и всех их ближних и дальних родственников, Люциус Малфой поспешил в Зал Приемов поместья.

Переглянувшись со стоящими особняком Долоховым Крэббом, Ноттом и Гойлом, лорд Малфой подошел к сидящему на возвышении, Темном Лорду и преклонил колено. Это было унизительно — кланяться сумасшедшему полукровке, но Малфой утешал себя мыслью, что, так или иначе, но все это скоро закончится.

— Наши планы меняются, — прошипел змеемордый лорд, — «Хогвартс» падет сегодня. Макнейр! — продолжал шипеть Риддл, — отправляйся со своей группой в Запретный лес и подготовь для нас плацдарм.

— Да, мой лорд, — поклонился Уолден, — разрешите выполнять?

— Ты все еще здесь?

Еще раз поклонившись, Макнейр поспешил к выходу.

— Белла, — обратился Лорд к своей верной последовательнице, — Фенрир подвел меня.

— У Вас есть для меня дело, мой господин? — мадам Лестрейндж была в экстазе.

— Ты прекрасно выдрессировала его егерей, — заметил Волдеморт. — Собери их — они должны быть готовы к битве.

— Но, мой господин, — опешила обиженная сумасшедшая, — мое место — рядом с Вами.

— Ты оспариваешь мой приказ, Белла? — вкрадчиво поинтересовался темный волшебник.

— О нет, мой господин, никогда, — замотала головой Беллатриса.

— Ступай!

Затем Темный Лорд вызвал Люциуса Малфоя:

— Люциус, — опять это невыносимое шипение, так раздражающее слух, — ты подвел меня, мой скользкий друг — но у тебя будет возможность реабилитировать себя. Ты будешь сражаться как обычный магл, не используя магию — если к исходу битвы ты останешься в живых, я восприму это как знак судьбы и оставляю тебе жизнь.

— Как прикажет мой лорд, — привычные слова легко сорвались с губ, а голова склонилась, принимая сказанное.

— Идите, — приказал Его Темнейшество. — И готовьтесь к битве — через час мы выступаем.




* * *



Северус медленно приходил в себя — последнее, что он помнил, это свой кабинет и боль от активированной Лордом метки.

— Что…— прохрипел он, пытаясь пошевелиться.

— Профессор, не двигайтесь, — прозвучал знакомый голос. — Вам еще нельзя.

С трудом разлепив глаза, Снейп увидел, сидящих рядом с ним, Гермиону и Драко. Лица и обоих были бледные и испуганные.

— Расскажи, что произошло, — преодолевая сопротивление пересохшего горла, — выдавил Снейп.

— У вас активировалась метка, — пояснила девушка, — Ри оказался рядом и, прежде чем кто-нибудь успел отреагировать, он ударил вас какой-то статуэткой по затылку, и вы потеряли сознание.

— Зачем? — из горла опять вырвался хрип.

Драко соскочил со стула и подошел к столу, где стоял графин с водой и зельями. Взяв воду, юноша вернулся.

Вода немного смягчила высохшее горло директора, который не преминул благодарно кивнуть.

— Ри провел ритуал, — пояснила Мио, — помните? Тот самый, где надо заклинание произносить на парселтанге?

С трудом приподняв руку, Северус неверяще уставился на чистую кожу предплечья — он больше не Его раб.

Зажмурив глаза, мрачный зельевар откинулся на подушку и позволил себе легкую улыбку. Внезапно он вспомнил, что не является единственным носителем такого украшения.

— А ты, Драко? — с тревогой в голосе поинтересовался Снейп.

— Гарри провел ритуал для вас обоих, — отозвалась Гермиона, а затем сообщила новость. — Он тоже сейчас здесь, в больничном крыле.

— Что с ним? — сонливость и слабость стали пропадать, как по волшебству.

— Он без сознания, профессор, — заговорил Малфой. — Мадам Помфри сказала, что он скоро должен прийти в себя.

— Подожди, — нахмурился Северус, — меня вырубил Гарри, но тебя с нами не было, ведь так?

— Ага, — совершенно не аристократично отозвался блондин, — меня к вам приволок наш бывший домовик, а потом, во время ритуала, держали Сириус Блэк и Нимфадора Тонкс.

— Мне нужно… — начал было Снейп, но был безжалостно прерван.

— Вам нужно немного прийти в себя, — отрезала Мио. — Один час мы без вас прожить сможем, не сомневайтесь.

С соседней кровати послышался стон.

— Гарри! — раздался из-за шторы голос Блэка. — Как ты? Ничего не болит? Все хорошо?

Вопросы таки сыпались, но ответа не последовало.

Отодвинув белую занавесь, Гермиона вопросительно посмотрела на Сириуса.

— Я в порядке, — раздался слабый голос, — просто решал, на какой вопрос мне ответить сначала, — попытался пошутить Ри. — Небольшая слабость, но, думаю, это скоро пройдет.

— Мы оставим вас отдыхать, — заявил Блэк, — приходите в себя скорее — времени у нас мало.

С этими словами лорд Блэк встал со стула и направился к кабинету мадам Помфри.

— Поппи, — позвал он школьного колмедика, — они очнулись.

Седовласая дама вышла из своего кабинета с подносом в руках, на котором стоял несколько пузырьков с зельями — вероятно, восстанавливающими.

— Идите, — указала она здоровым на дверь, — теперь все будет хорошо.

Дождавшись, когда Сириус и подростки уйдут, Снейп приподнялся на локтях и, взглянув на, раскинувшегося на кровати, Поттера, произнес:

— Спасибо, — тихо, но четко. — Теперь я умру свободным.

Переведя недоумевающий взгляд с потолка на лицо директора, Ри тихонько усмехнулся, а затем проговорил:

— Вы лучше живите свободно, сэр.

— Думаю, ты можешь называть меня по имени, — позволил себе легкую усмешку Северус.

— Ага, — Гарри снова уставился в потолок. — Я запомню.

«Ну что же, — думал Снейп, — у нас есть, примерно, час на восстановление, а потом — бой. Но теперь все изменилось — я свободен».




* * *



К двенадцати часам все защитники вновь собрались в Большом Зале — на последнее совещание.

Минерва Макгонагалл тревожно поглядывала на своего коллегу и начальника — Северус Снейп выглядел словно оживший мертвец. Но, несмотря на истощение, на его лице дама-анимаг замечала легкую улыбку, так несвойственную «Ужасу Подземелий» — это вселяло надежду.

Когда директор Снейп поднял руку, привлекая внимание защитников, разговоры стали стихать и все глаза обратились к преподавательскому столу.

— Прошу внимания, — начал он. — Сейчас мистер Блэк покажет вам, как пользоваться теми приборами, которые вам раздали, — затем директор обернулся к Сириусу и слегка склонил голову. — Мистер Блэк.

Бродяга вышел в центр помещения и начал рассказывать:

— То, что вы держите в руках — Рация Midland GXT 650 с высокочувствительным приемником увеличенного радиуса действия; они уже настроены, — пояснил он, — вам нужно лишь запомнить, что вот эта кнопка, — указывает на верхнюю кнопку, — включает ее, а вот эта, где написано CALL/LOCK — для передачи вызова, думаю, большего вам знать не нужно. На группы вы уже разбиты, теперь нужно для каждой группы определить участок, который она будет защищать.

— А зачем они нам, мистер Блэк? — поинтересовалась одна из сестер Патил.

— Эти устройства мы будем использовать для координации наших действий, — охотно пояснил Бродяга. — Если во время боя возникнут какие-нибудь срочные сообщения, например, вам понадобиться помощь, вы сможете связаться с нами или с больничным крылом.

— А теперь послушайте внимательно, — подхватил Гарри. — Группа Невилла, будет первой, Группа Луны — второй…

Так, перечислив все группы и их порядковые номера, Ри разъяснил всем, для чего это нужно — как он выразился, для порядка.

— Сейчас главным останется мракоборец Кингсли Бруствер, — продолжил говорить директор Снейп, — Я, Блэк, Люпин, Тонкс, Гермиона, Билл, Фред и Джордж Уизли идем наружу. Если возникнут проблемы — обращайтесь к закрепленным за группами преподавателям — с этой минуты приказы Бруствера выполнять беспрекословно, на рожон не лезть. Хагрид, — обратился директор к лесничему, — вы предупредили кентавров?

— Э-э-э, да профессор, — кивнул в ответ полувеликан. — Я все сделал как надо, вот только…

— Что, Рубеус? — уточнил Кингсли.

— Дети Арагога ушли, — пояснил Хагрид, — их нет в прежнем обиталище.

Северус тревожно переглянулся с Бруствером, Сириусом и Ри — то, что акромантулы ушли, может значить, что пауки станут сражаться на стороне Волдеморта… а может и ничего не значить. Но, все же, стоит быть готовым и к этому.

— Директор, — обратился к Снейпу Драко, — это значит, что нам придется сражаться и против пауков?

Поскольку все молчали, Малфой решил, что знать ответ на этот вопрос жизненно необходимо.

— Я не могу точно сказать, так ли это, — начал Снейп, — но мы не можем исключать и такой вероятности.

По залу пробежал шепоток — акромантулы были не только очень крупными пауками, но и вдобавок ко всему, разумными, а значит вдвойне опасными.

Почувствовав сомнения собравшихся, Гарри решился на то, от чего отговаривался всеми правдами и неправдами — он решился на речь, ведь, сам того не желая, стал символом, знаменем, за которым следуют остальные.

— Послушайте меня, — Ри повысил голос так, чтобы его услышали все. — Внимательно послушайте! Я знаю, что вам страшно, но прошу вас, вспомните, ради чего мы все сегодня здесь собрались! Не ради себя, не ради Министерства и призрачной власти — мы собрались для того, чтобы защитить тех, кто сам за себя постоять не может. Здесь и сейчас мы будем сражаться за будущее. Здесь и сейчас — все мы Герои и Избранные, потому что мы сами так решили, мы сами выбрали этот путь. И теперь только от нас зависит исход этой битвы. И знаете, Альбус Дамблдор был прав, когда говорил, что силу любви недооценивают — нас вместе собрала любовь — к нашим друзьям, родным и близким, к нашему миру. Пожиратели придут уничтожать, и мы, призванные защищать, встретим их здесь. Встретим и победим, потому что иначе и быть не может, ведь наше дело — правое! И враг будет разбит!!!

Ри не заметил, как перешел на крик.

Слушая речь своего старого школьного… нет, врагом Гарри Поттер теперь уже не был, Драко ловил себя на мысли, что верит. Верит в то, что они смогут, они справятся — и победа будет за ними.

Когда же отзвучала последняя фраза, выкрикнутая надтреснутым юношеским голосом, зал взорвался криками одобрения и поддержки — вчерашние ученики горячо поддержали слова парня, стоящего на возвышении у преподавательского стола — такого же, как и они сами — героя.

Преподаватели же и орденцы сдержанно кивали, одобряя выступление юного лидера. Их тоже вдохновила эта речь, правда, они не спешили так открыто реагировать — всему свое время.




* * *



— Ты уверен, что должен пойти один? — Сириус в который раз задавал Ри этот вопрос, на который получал неизменный ответ.

— Да, крестный, я иду один — поверь, так надо.

В этот момент в комнате появился Добби:

— Гарри Поттер просил сообщить, когда в Запретном лесу соберутся враги, — заговорчески прошептал малыш. — Враги собрались.

Гарри, переодевшийся в свое привычное тряпье, доставшееся от кузена, встал с диванчика в кабинете директора и тихо проговорил:

— Ну вот и все — мне пора, — затем обхватив голову руками, он рассмеялся. — Не надо похоронных лиц — мы потом вместе еще вспомним об это лет, эдак, через двадцать-тридцать.

Улыбнувшись Ри подошел к Мио и обнял свою лучшую подругу, за Гермионой последовал Сириус, Тонкс и Ремус, а на последок юноша протянул руку Снейпу.

— Берегите себя, Северус, — смотрел Ри в глаза своему самому нелюбимому преподавателю. — И остальных тоже.

— Возвращайся, Гарри, — ответил зельевар своему нерадивому ученику. — Ты не имеешь права умирать.

— Как прикажете, директор, — Ри вытянулся и отдал честь, а затем обернулся к домовому эльфу. — Добби, перенеси меня в Запретный лес, но так, чтобы меня не увидели.

— Добби все сделает, — кивнул малыш, — но Гарри Поттер должен быть осторожен.

— Да, Добби, я знаю, — кивнул молодой человек. — Перемещаемся.




* * *



В кабинете стояла тишина — никто не хотел говорить, потому что боялись признаться сами себе — Гарри может не вернуться. Это прощание может стать их последней встречей.

— Так! Все! Хватит сидеть и киснуть! — Сириус резко отошел от окна. — Нам предстоит битва — а нам и без Гарри есть о ком беспокоиться.

— Блэк прав, — поддержал его Снейп, чего сам Блэк совершенно не ожидал и даже тихонько хмыкнул. — У нас много дел — идемте.

Поднявшись из-за рабочего стола, Северус скинул мантию и трансфигурировал сюртук в удобную куртку. Его примеру последовали остальные, а Гермиона еще и видоизменила свои школьные туфли в тяжелые удобные ботинки.

И когда все были готовы, Бродяга как-то совсем по-собачьи оскалился и прорычал: «Ну, твари, держитесь!», и никто не сомневался, что Пожиратели и их приспешники пощады от лорда Блэка не дождутся. И в этом вопросе они были с ним солидарны.




* * *



Люциус Малфой стоял неподалеку от своего господина и тихо переговаривался с Антонином.

— Я устал ждать, — жаловался Долохов. — Лучше бы уж сразу…

— Успокойся, Мерлина ради, — поморщился Малфой. — Ты слишком нетерпелив, он скоро появится.

— А если…

Их разговор был прерван криками егерей — они кого-то поймали.

Через несколько минут на поляну притащили Гарри Поттера собственной персоной.

Вперед вышел Темный Лорд, по правую сторону от него стояла его сумасшедшая верная Белла.

— Это Поттер! — воскликнула она. — Мой господин, он пришел сам.

Благосклонно кивнув мадам Лестрейндж, Волдеморт, слегка склонив лысую голову на бок, оскалился и зашипел:

— Ты пришел, чтобы встретить свою смерть, — поднимая палочку, вещал темный волшебник.

Увидев, что повелитель решил убить пленника, егеря отошли подальше от обреченного — все равно умрет, а значит и охранять его больше не нужно.

— Да, — прохрипел Поттер, из разбитой губы которого капала кровь, — я пришел сам. Я… убей меня и оставь «Хогвартс»!

— Как благородно, — скривился в ухмылке Лорд. — И как бессмысленно. Ты шел сюда, чтобы пожертвовать жизнью ради них, но ничего не достиг — «Хогвартс» падет сегодня!

— Нет! — выкрикнул растрепанный и избитый юноша. — Те не можешь…

— Я могу все! — взревел Волдеморт. — Но ты этого уже не увидишь — «AVADA KEDAVRA»!

Зеленый луч вырвался из палочки Темного Лорда и, пролетев несколько метров, ударил в зеленоглазого брюнета, который, удивленно вскрикнув, осел на землю.

— Я проверю, выжил ли Избранный на этот раз, — вышел вперед Люциус, на что получил разрешающий кивок от хозяина.

С четырех сторон к лежащему телу приближались Пожиратели Смерти: Нотт, Гойл, Крэбб и Малфой вместе с Долоховым.

Когда Волдеморт понял, что что-то идет не так, было уже поздно — его слуги, Пожиратели внутреннего круга, верные последователи практически одновременно подошли к телу поверженного врага, а Люциус опустился рядом с ним. Резко вскинув голову, блондин взглянул на остальных — и они последовали этой безмолвной команде: мгновенно взявшись за руки — а затем Пожиратели и Гарри Поттер исчезли в яркой вспышке света.

— Найти!!! — шипел Темный Лорд. — Найти и убить!! Всех!!

— Но мой лорд, — попытался возразить Руквуд. — Мы не знаем…

Он не успел закончить, как свалился под ноги хозяина, овитый кольцами Нагайны — взбешенный Волдеморт приказал свой любимице убить незадачливого слугу.

— Всем готовиться к битве!!! — приказал Темный Лорд, — мы выступаем.

На сей раз никто не осмелился возразить, и лагерь Пожирателей Смерти стал похож на разворошенный муравейник.

А тем временем Волдеморт говорил с Беллатрисой:

— Когда мы прибудем к «Хогвартс», найди их и убей, — сверкал красными глазами и лысым черепом темный волшебник. — Предатели должны умирать медленно, ты поняла меня Беллатриса?

— Я сделаю все так, как прикажет Мой Господин, — преклонила колено леди Лестрейндж.

Закончив с наставлениями, Темный Лорд позволил Нагайне заползти себе на шею и повернулся в сторону ненавистного замка.




* * *



Если Люциус Малфой рассчитывал, что очутится в «Хогвартс», то он оказался неправ — «Эгида», которую носил Кингсли, уже начала свою работу по защите замка — теперь на территорию магической школы нельзя было попасть даже с помощью портключа — все шестеро материализовались на мосту.

Малфой склонился над телом Поттера — проверить, жив ли тот, а остальные перебежчики оглядывались по сторонам, выставив перед собой палочки, и ждали неизвестно чего.

Люциус перевернул Гарри лицом вверх, слега встряхнул и похлопал ладонью по щеке.

— Ей, — раздался в ответ недовольный голос, — прекратите немедленно, у меня же голова отвалится!

— Живой! — удивление в голосе Нотта-старшего смешивалось с восхищением. — Он живой.

— Ну, разумеется, живой, — недовольным голосом проворчал Ри, голова которого просто раскалывалась от жуткой боли. — Помогите лучше подняться.

Поднявшись, Гарри ухватился за плечо стоящего рядом с ним Долохова — небо и земля стремились поменяться местами.

— Гарри!!! — раздался громкий возглас откуда-то сверху.

Беглые Пожиратели дружно подняли головы — на крепостной стене стоял Сириус Блэк. По-идее, покойный. Махнув кому-то с той стороны стены, Блэк крикнул вновь прибывшим:

— Палочки отдайте Гарри, сейчас ворота откроем.

Крэбб с Ноттом переглянулись и вопросительно посмотрели на Люциуса, но тот лишь хмыкнул и протянул свою волшебную палочку Поттеру. Его примеру последовал и Антонин. Остальным ничего не оставалось, как поступить так же — они уже подписали себе смертный приговор, когда предали хозяина — так что теперь нужно было просто идти до конца.

Правая створка врат отошла в сторону, выпуская директора Снейпа в сопровождении бывшего мародера.

— Проходите внутрь, — скомандовал Северус, — и поторопитесь.

Если это кого-то и удивило, то вида не подал никто — не то время и место для праздного любопытства.

Войдя во внутренний двор, Люциус огляделся, надеясь увидеть сына. Билл Уизли перехватил его взгляд и, не дожидаясь вопроса, сообщил:

— Ваш сын сейчас на астрономической башне.

— Что он там делает? — искренне удивился Люциус. — Ему надлежит быть в укрытии.

— Люциус, — прервал их разговор Снейп, — Драко сам решил присоединиться к защитникам замка.

— Что? Но он же, — боязнь за жизнь сына, казалось, лишила аристократа красноречия, — его палочка сломана, и он еще не отошел от наказания Лорда.

— В больничном крыле его подлатали, — отозвался Северус, — а палочку он взял из Сокровищницы; и хватит вопросов — твой сын сам так решил, так же как и супруга — она в одиннадцатой группе на северной стене.

Закончив разговор с Малфоем, Снейп обернулся к Гарри, которому, вопреки всему, снова удалось выжить.

— Как? — только и проговорил директор, подходя к юноше.

— Я потом все расскажу, — мотнул головой Ри, — в деталях и с красочными описаниями, а сейчас, я думаю, нужно выводить людей наружу.

Усмехнувшись, Северус лишь согласно кивнул — и почему он снова забыл, что Гарри — совсем не такой, каким его все привыкли считать.

— Так, — теперь Ри обращался к беглым Пожирателям, — приветствую всех, но прошу простить — на долгие разговоры времени, как всегда нет, поэтому объяснять буду один раз: вы пришли сюда по доброй воле, на веревке вас никто не тянул, следовательно, я либо возвращаю вам палочки, и вы сражаетесь на нашей стороне, либо я оставляю их у себя, а вас мы запираем в подземельях. Такой вариант всех устраивает?

— Устраивает, — немедленно отозвался Малфой.

— Ну, лорд Малфой, — пожал плечами юноша, и протянул блондину его волшебную палочку. — В вас я никогда не сомневался.

— Я буду сражаться на вашей стороне, — вслед за Люциусом подал голос Антонин. — Клянусь своей магией.

На такое заявление Ри ничего не ответил — лишь протянул Долохову принадлежащую ему вещь.

С Ноттом, Гойлом и Крэббом тоже проблем не возникло — каждый принял решение сражаться.

— Я останусь здесь, — тем временем Гарри говорил с Сириусом, — может быть понадобиться выманивать Его на площадку, и не надо беспокоиться — со мной будет Добби в мантии-невидимке — если что, то перенести всегда успеет. Мистер Малфой, — вдруг обратился Ри к аристократу, — мне нужно, чтобы вы и еще один из вас охраняли Кингсли Бруствера.

— Мракоборец нуждается в защите? — насмешливо протянул Антонин.

— Бруствер смог активировать «Эгиду», — терпеливо разъяснил Поттер. — Ему нужно прикрытие, а нас мало — восемь человек идут наружу, а остальные взрослые закреплены за группами студентов; мне же необходимо остаться здесь — когда появится Волдеморт… и хватит уже вздрагивать, достает это, честное слово, так вот, когда Он появится, мне нужно будет триумфально появиться. Надеюсь, зачем это нужно, вам объяснять не придется?

После такой отповеди, Долохов притих, а затем, встрепенувшись, спросил:

— У вас есть «Эгида»?! — изумленно-неверяще. — Но ведь она пропала еще до того, как был основан «Хогвартс».

— Она была в хранилище Салазара Слизерина в Тайной Комнате, — ехидно и не без тайного удовольствия, пояснил Ри, — а теперь хватит разговоров; Сириус, бери свою группу и иди расставлять людей, и… ради Мерлина, будьте осторожны.

С этими словами Сириус, Северус, Ремус, Дора, Мио, Билл, Фред и Джордж, одетые в одинаковые невзрачные куртки, и держа в руках небольшие рюкзаки, вышли за ворота.

Они не прощались — каждый из ушедших знал, что может не вернуться. Поэтому, уходили, не прощаясь — оставляя себе надежду, что смерть обойдет их стороной.

— Зачем они идут туда? — тихо спросил Люциус, — ведь замок защищен.

— Лучшая защита, — вздохнул юноша, — это нападение. Мы приготовили несколько неприятных сюрпризов для старины Томми, а они вызвались осуществить задуманное... Мне кажется, что я отправил их на смерть.

— Тоже не исключено, мистер Поттер, — вздохнул аристократ, — это война.

С этими словами, Малфой, прихватив с собой своих спутников, отправился на поиски Кингсли Бруствера — носителя «Эгиды» они будут защищать вместе с Долоховым.




* * *



Не прошло и получаса, как из запретного леса появились передовые отряды егерей, которых вели оборотни. За ними появились великаны, вооруженные громоздкими суковатыми дубинами — огромные, грязные, злобные, они были похожи на камни, вставшие на ноги и поросшие мхом. За великанами из леса стали выползать дети Арагога — черными смертоносными тенями акромантулы неслись по открытой местности, расползаясь, словно степной пожар.

Врагов было много, несопоставимо больше, чем защитников.

Вот только главный враг все не появлялся — среди тех, кто окружил замок, не было ни одного Пожирателя Ближнего круга. Это было плохо — весь план мог пойти к Мордредовой бабушке.

Вглядываясь в приближающихся врагов, Ри решил, что пора немного подтолкнуть ситуацию. Взяв рацию, Гарри вызвал Снейпа: «Северус, Волдеморта нет с ними. Мне придется привлечь его внимание. Готовьтесь». Закончив сообщение, юноша поправил свои очки, которые успели ему надоесть до зубного скрежета и, разведя руки в стороны, прошептал: «mei volatum». Магия отозвалась на зов — из спины юноши выросли тонкие полупрозрачные серые крылья, похожие на нетопыриные — и Ри, взмахнув ими, взмыл в темное пасмурное небо. Зависнув над замком, юноша, использовав заклинание «Sonorus», прокричал:

— И это все?! Оборотни, великаны, пауки — это все, кого ты смог найти? Не густо, слышишь меня, а, Волдеморт? Или мне стоит назвать тебя Том? Том Риддл? Полукровка Том? Ну же, где ты, мне хочется посмотреть в глаза тому, кто не смог авадой даже ребенка убить! — издевался Гарри, — Появись уже, не заставляй своего верного врага ждать! Или ты так меня испугался, что хочешь сбежать?! Ну же, появись, Гарри Поттер ждет тебя!




* * *



Темный Лорд метался на небольшом пятачке ровной земли, находящемся на возвышении. Он, разумеется, слышал слова Поттера. Проклятого Поттера, который вновь выжил.

Волдеморт не переставал задавать себе вопрос: «Как?!! Как этот мальчика снова выжил?!!». Но ответа найти не мог. Ему оставалось только одно — встретиться с ним лицом к лицу, а затем убить. Своими собственными руками. А потом скормить Нагайне.

«Да. Именно так, — размышлял великий полукровка, — я уничтожу его лично, а вместе с ним и предателей».

Подхватив на руки змею, Волдеморт трансгрессировал к мосту, ведущему в замок. За повелителем последовали и его верные слуги.

Первое, что он увидел, был парящий над землей Поттер. Живой и смеющийся. Это стало последней каплей, переполнившей чашу терпения Темного Лорда:

— Спускайся! — прокричал Волдеморт, — и прими смерть достойно, как твои родители-маглолюбцы.

В ответ на его слова, Гарри лишь рассмеялся — после едких замечаний мастера зелий, этот опус был совсем уж невпечатляющим. Затем вновь приложив волшебную палочку к шее, крикнул:

— ДАВАЙ, БРОДЯГА!!! — а сам, круто развернувшись, стал набирать высоту.

Окрестности «Хогвартс» сотряслись от сильного взрыва — если уж Сириус Блэк брался за дело, то делал его блестяще и с размахом.

Первым был взорван мост, а затем те мины, что расположены по периметру примостовой площадки, на которой в этот момент находилось человек сорок. Осколочные мины превратили стоящих в первых рядах Пожирателей в окровавленные куски мяса и потрохов, те же, кто стоял чуть дальше получили множественные рваные раны.

Следующим пунктом плана должен был стать взрыв контейнера с зарином, но что-то пошло не так — взрыва не было, а Волдеморт и Нагайна остались целы. Нужно было действовать быстро, и Ри решился. Он камнем ринулся к земле и легко опустился метрах в пяти от своего врага.

— Ты! — прохрипел Лорд, — как ты посмел?!

Гарри не ответил — он был занят, вспоминая где спрятали контейнер с отравой.

— «AVADA KEDAVRA»! — вновь выкрикнул Риддл, но Ри сумел увернуться от смертоносного луча и отпрыгнул влево — туда, где по его расчетам был спрятан зарин.

Он не ошибся — контейнер был на месте, вот только взрыватель с него сорвало чьим-то неосторожным ударом.

Подбросив в воздух цилиндр, Гарри бросил в него «Diffendo». Взрыв последовал незамедлительно, и зарин стал распространяться по воздуху, отравляя тех, кто находился в пределах его досягаемости.




* * *



Когда второго взрыва не прозвучало, Сириус понял, что ситуация вышла из под контроля. Он выскочил из укрытия и стал бросать проклятия в выживших Пожирателей.

Его примеру последовали и другие — Гермиона, вызвав заклинанием «ignis flagellum» огненный хлыст и ловко им орудовала, ее прикрывал Снейп. Остальные тоже не остались в стороне, и сражались с врагами в меру своих возможностей.




* * *



Увернувшись от «ледяной стрелы», Ри позвал Добби.

Услышав зов, свободный Домовик мгновенно появился на поле боя. Мантия-невидимка сделала его незаметным, но не неуязвимым — в эльфа вскользь попала «Sectumsempra», практически оторвав руку. Упав навзничь, Добби уже не мог подняться — эльфы могут жить долго, очень долго, если их, конечно, не убивать. Домовик приподнялся на уцелевший руке и попытался подползти ближе к Гарри, но у малыша просто не хватило сил. Он бы так и умер, затоптанным, если бы не Джордж Уизли, запнувшийся об него.

Подняв на руки раненного домовика, рыжий парень поспешил отнести его на безопасное расстояние. И когда он уже было решил, что все получилось, нечто холодное и острое ударило его в спину, опрокинув на землю.

Беллатриса Лестрейндж была ранена, но все еще смертельно опасна — оглядевшись по сторонам на соратников — мертвых и умирающих, она увидела, как один из нападающих держа что-то в руке, пытается выйти из боя. И как только он повернулся к ней спиной, Белла достала из ножен на поясе стилет старинной работы и бросила его след врагу. Ее бросок достиг цели — молодой рыжий парень вздрогнул и упал на землю.




* * *



На крепостной стене метался Бруствер. Он видел, что план Поттера не сработал, и нужно было что-то делать, вот только покинуть замок он не мог — «Эгида» должна находиться в пределах «Хогвартс», что бы защищать его.

Вдруг он заметил, что Гарри что-то подбросил в воздух и взорвал. Кингсли мгновенно сообразил, что это было, и приказал стоящим рядом Малфою и Долохову:

— Прикрывайте их! — а сам тем временем, использовав «Sonorus», прокричал, — Блэк, отходите! Отходите и поднимайте стену! НЕМЕДЛЕННО!!!

Люциус сначала не понял, что мракоборец имеет в виду, но затем увидел все своими глазами и похолодел — Блэк, Люпин, Северус и Уизли, правда он так и не понял, который из многочисленного семейства, практически одновременно произнесли заклинание «Адского огня».

Неожиданно для всех, Гермиона вдруг взлетела в воздух на призрачных синих крыльях и кинулась к своему другу — в самое пекло.

Со стены было видно, как побелели лица Северуса и Сириуса, но они уже ничего не могли сделать — останавливаться было нельзя — зарин нужно было сжечь вместе с телами мертвых.

Когда огненная стена поднялась на высоту нескольких метров, Блэк, Снейп, Уизли и Люпин стали двигать ее к центру площадки с четырех сторон — там, где огонь отступал, оставалась лишь оплавленная земля.




* * *



Вдруг пламя всколыхнулось, пропуская две грязные и оборванные фигурки — Гермиона поддерживала практически потерявшего сознание Гарри, а сама тем временем из последних сил держала щит «una linea praesidio», позволяющий ненадолго закрыться от Адского огня.

Проход через огненную стену стал для Мио чрезвычайно серьезным испытанием, и как только перед ее глазами перестало плясать пламя, девушка обессилено опустилась на еще горячую землю. Она уже не видела, что к ней подбежали Тонкс и Фред, поднимая и оттаскивая их на безопасное расстояние.




* * *



Взорвав контейнер с нейропаралитиком, Гарри замешкался и этим немедленно воспользовался противник. «Sectumsempra» Риддла оставила длинный порез, наискось пересекающий грудь. Пробормотав заживляющее заклинание, Ри почувствовал, что рана хоть и перестала его беспокоить, но до конца все же не зажила.

С трудом поднявшись на ноги, юноша заметил, что удар отбросил его на несколько метров от эпицентра взрыва зарина, а теперь к нему через облако отравляющего газа направляется Волдеморт собственной персоной. Это было невероятной удачей — еще две минуты и кровь разнесет отраву по организму. Две минуты. Нужно продержаться только две минуты — отвлекать, не дать трансгрессировать.

Ри поднял волшебную палочку и бросил в противника «butio caelestis ignis» — мощный электрический разряд, эквивалентный удару молнии. Волдеморт не сумел полностью уйти и закрыться от заклятья, и теперь его руки подергивались от перенесенного электрического шока. После этого, Лорд ответил Поттеру еще одной «ледяной стрелой», а вслед сразу же бросил «Crucio». Выставляя щит против стрелы, Ри не успел увернуться от непростительного — и теперь юноша лежал на земле и корчился под пыточным проклятием.

Боль прекратилась так же внезапно, как и началась. Подняв глаза, Гарри увидел, что Риддл как-то странно сморит на свою руку, а затем переводит взгляд на него. Ри мог бы поклясться, что в глазах великого темного волшебника в этот момент застыли изумление и страх.

Теперь Гарри был точно уверен, что отрава подействовала — признаки были на лицо: слабость, одышка, помутнение зрения, головокружение. А затем у Тома и вовсе подогнулись колени — теперь Волдеморт лежал на земле, а его тело скручивали судороги.

Ри хотел было подняться, но ноги его не держали — голова раскалывалась, желудок подкатывал к горлу и, внезапно, стало трудно дышать. Вот тут-то Гарри и понял, что сам, скорее всего, попал под действие зарина, и жить ему осталось минут пять — самое большее. «А жаль, — успел подумать он, — я даже не успел попрощаться». Это была его последняя связная мысль.

@темы: гет, гарри поттер, драма, закончен, неизвестная переменная, фанфики, джен